?

Log in

No account? Create an account

Категория: общество

«Всё, чем живет культура, надо ставить на нормативную базу»
пунцовый шифон
mlle_cerise
Народный артист России Николай Цискаридзе — о законотворчестве, императорских театрах, требовательной Крупской и вечном «Лебедином озере»

В бытность премьером Большого театра Николай Цискаридзе отмечал свой день рождения на сцене — выступал в заглавной партии новогоднего «Щелкунчика». Ныне Николай Максимович — ректор Академии русского балета им. А.Я. Вагановой и праздники проводит в репетиционных залах прославленной школы и служебном кабинете: у народного артиста множество профессиональных и общественных обязанностей. Корреспонденту «Известий» Николай Цискаридзе рассказал о ситуации в сфере культуры, советском опыте и пользе хеппи-эндов.

Читать дальше...Свернуть )


"Собеседник" №40, 2015 г.
грузинский алфавит
n_ts
Цискаридзе: Не сказал бы "прощай" – сидел бы в психлечебнице

Николай Цискаридзе обсудил с Sobesednik.ru новую работу, изменения Большого театра и скандальную историю Сергея Филина. Вот уже два года, как премьер Большого театра Николай Цискаридзе трудится в должности ректора Академии русского балета имени Вагановой в Санкт-Петербурге. Но «любовь» (как в кавычках, так и без) к некогда родному Большому в нем не остывает: над оставшимися там коллегами он, как и прежде, язвит в свое удовольствие. И то, что в главном театре страны его высказывания не комментируют, Николая, кажется, только распаляет.

Сплетничали: уволит всех

– Ваше назначение два года назад на пост ректора для многих стало сюрпризом.
– А для меня – нет. Я долго отказывался от этой должности – всему свое время. Конечно, предвидел сложности, противостояния. Были люди, которые отчаянно не хотели моего прихода в академию. Интриговали те, кто боролся за свои тепленькие, нагретые места.

– Ну а если совсем честно – справляетесь, как считаете? Блестяще выступать на сцене и грамотно управлять академией – совсем разные вещи.
– Год я служил в академии в качестве исполняющего обязанности ректора. Потом были выборы – коллектив проголосовал за меня. В других театрах (я сейчас про музыкальные говорю, но, думаю, в драматических тоже много сложностей), случись выборы директора или художественного руководителя, действующие руководители их вряд ли выдержат. А меня выбрали с очень большим перевесом. Потому что увидели результат моей работы за год, что я буквально днюю и ночую в академии. Признаюсь, после объявления результатов выборов я загрустил. Подумал: теперь-то вообще не имею права на ошибку, ведь люди мне поверили.

– Открыли что-то новенькое для себя, сев в кресло?
– Будучи артистом, я догадывался, что «рыба гниет с головы» и именно один человек, возглавляющий театр, является виновником всего. Теперь я знаю, что это на сто процентов так. Любые проблемы – недоработка «головы». Даже если, извините, унитазы ломаются – виноват тот, кто стоит во главе. Как и если в театре из зала посреди спектакля уходит зритель, виноват глава этого театра. Неважно, что это – театр, завод, академия… Как стоят стулья, покрашены стены, во что на сцене одеты артисты, какая дисциплина – это все диктует только один человек. В академии это ректор, а в театре – директор.


Читать дальше...Свернуть )

Еженедельник "Аргументы и Факты", 15 июля 2015
грузинский алфавит
n_ts
Николай Цискаридзе: «Любой американизм - деградация для России»

«В России есть немногие уникальные учебные заведения, которые надо объявить достоянием государства и оставить в покое», - говорит ректор Академии русского балета им. Вагановой после концерта его подопечных в Кремле.

Дело, а не критика

Ольга Шаблинская, «АиФ»: - Станислав Говорухин отзывается о нашей интеллигенции крайне резко: мол, всегда «разъедала Россию изнутри»...

Николай Цискаридзе: - Я не знаю, кого вы называете интеллигенцией. Понимаете, есть люди, которые привыкли быть в вечной оппозиции. Они жили так, когда в стране были сложные годы. Но сегодня... Я всё время не могу понять: в оппозиции кому или чему они живут?! Знаю многих французов, которым не нравится жить во Франции. Они встали и ­уехали в другую страну. Господа, вам не нравится Россия? Пожалуйста, езжайте, сейчас всё можно, ищите, где ваш рай. Но если здесь остаётесь, то почему всё время ругаете свою страну?! Ведь вы тут родились, выросли, бесплатное образование получили великолепное. Вы хоть что-то для страны сделайте сначала, а потом говорите о недостатках! И покажите, что конкретно вы совершили, чтобы их устранить! Моя позиция вызывает крайнее раздражение у «интеллигенции»: меня тут же причисляют к врагам демо­кратии. Я с ужасом слышу, как наши люди, выезжая за рубеж, поливают грязью свою страну. Как это возможно? Мы почему-то не хотим уважать с­амих себя. Будучи за границей, я никому - ни русским, ни иностранцам - не позволяю в моём присутствии плохо отзываться о России и оскорблять нас. Есть элементарные вещи, которые мы обязаны усвоить: пока сами не будем себя уважать, никто нас не будет уважать. Правда не понимаю, как можно плевать в свою Родину...

Читать дальше...Свернуть )

Мослента. 22 июня 2015
грузинский алфавит
n_ts
«Я был артистом, а стал чиновником»
Николай Цискаридзе о жизни на два города и судьбе выпускников своей школы

Два года назад премьер Большого театра Николай Цискаридзе был назначен ректором старейшей российской балетной школы — петербургской Академии русского балета имени Вагановой. 26 июня в Кремлевском Дворце выпускники этого года покажут уникальную программу. МОСЛЕНТА расспросила народного артиста России о будущих звездах, урожайных годах и о том, почему он не дает выпускникам советов.

— Два года прошло с момента назначения вас на пост ректора Академии русского балета. Чем сегодняшняя академия отличается от той, что была два года назад?
По большому счету, ничем — как учили детей 278 лет подряд, так и учим. (Улыбается.) Я только стараюсь следить за тем, как они учатся, что у них за школьная форма (балетная, я имею в виду), что они едят и что танцуют. И, конечно, принимаю решение об отчислении неуспевающих. В такие моменты я всегда очень переживаю, но знаю, что психологическая травма у ребенка будет больше, если он доучится до старших классов, а артистом стать не сможет.

— Насколько вас сейчас поддерживают педагоги? Когда вас назначили, кто-то был недоволен...
Мне поверили и прислушиваются к моему мнению, поскольку не раз случалось так, что я что-то предлагал и оказывался прав. А когда недавно прошел слух о том, что меня назначат руководителем Михайловского театра, — знали бы вы, сколько педагогов ко мне пришло со словами «Николай, не оставляйте нас, это будет предательством!». Мне было и приятно, и немного смешно.



Читать дальше...Свернуть )

Николай Цискаридзе о Майе Плисецкой
грузинский алфавит
n_ts
...Она была невероятной, фантастической женщиной. С потрясающим чувством юмора и довольно острым языком, на который все артисты боялись попасться. Она давала порой просто убийственные комментарии. Но при этом весьма точные.

Во многом я выбрал эту профессию именно благодаря фильму «Танцует Майя Плисецкая». И потом, когда подготавливал свои роли, очень много его вспоминал и ориентировался на то, что она рассказывала телезрителям. Эта была настоящая влюбленность из детства, однако она навсегда осталась...

...Это огромная потеря для всей нашей страны, и для культуры в особенности, потому что тот вклад, который в нее внесла Майя Михайловна, невозможно переоценить. Думаю, что еще много поколений артистов балета будет ориентироваться на ее творчество, потому что это был действительно уникальный человек, которого обожали миллионы. Кроме того, я думаю, что Майя Михайловна внесла в мировую политику столько, сколько ни один деятель культуры. Там, где не могли договориться политики, она, от лица искусства, делала всё возможное для сближения народов. В каких только странах и перед какими правительствами она только не выступала! И везде была уважаема. К ее просьбам прислушивались на самом верху. Она была удивительным человеком по своей душевной широте: скольким людям она помогала… Этот год оказался очень трагичным для Большого театра – только что ушла Елена Образцова, и вот, спустя несколько месяцев – Майя Плисецкая. Две страшные, внезапные потери. Царствие небесное...
_________________

Великая балерина Майя Михайловна Плисецкая ушла из жизни 2 мая 2015 года.


Николай Цискаридзе: «Почему такая ненависть ко всему своему?!»
пунцовый шифон
mlle_cerise
http://www.aif.ru/culture/person/1349855

Николай Цискаридзе - об умении найти общий язык.
Ника

Ольга Шаблинская, «АиФ»: Известный режиссёр Станислав Говорухин говорит: наша творческая интеллигенция всегда была «проституирующей» и разъедала изнутри страну. Сейчас ещё больше нарастают оппозиционные настроения по отношению к государственной политике...

- Один раз сидел в компании. «Это у нас плохо, это ужасно, КГБ - вообще кошмар». Я слушал, слушал... В какой-то момент не выдержал: «Господа, есть такой старый анекдот. В чём разница между Микки-Маусом и серой мышкой? В рекламе! Ну объясните мне, пожалуйста, почему МИ-5, Моссад, ЦРУ, ФБР - это очень хорошие и престижные организации, а КГБ вызывает такую критику и ненависть? Понимаю, что это последствия репрессий и ужасов 30-х годов. Но вы же в этой стране живёте. Вы хотите, чтобы у вас было безопасное государ­ство? Почему такая ненависть ко всему своему?»

Мне не нравится, когда поливают грязью страну, в которой живу. Для меня всегда был, есть и будет любимый город Москва. Я сознательно сделал свой выбор и всегда говорю, что хочу жить здесь. И никакое место для меня не является более дорогим.
Читать дальше...Свернуть )

Интервью Н.М. Цискаридзе газете "Известия" 03 марта 2014 года
МиЛо
natapo
http://izvestia.ru/news/566752

И.о. ректора Академии русского балета имени Вагановой — об «оттепели» во вверенном ему учебном заведении.

Мне на работе человеческие отношения не нужны: у меня есть уважение к профессионализму и есть отрицание непрофессионализма... Свернуть )

Н.Цискаридзе: «Мою фамилию очень часто используют, чтобы немножко прославиться, чтобы обратили внима
mars
elenaviz
Н.Цискаридзе: «Мою фамилию очень часто используют, чтобы немножко прославиться, чтобы обратили внимание»
Эксклюзивное интервью Business FM

Николай Цискаридзе. Фото: РИА Новости Николай Цискаридзе. Фото: РИА Новости

Эксклюзивное интервью экс-премьера Большого театра Николая Цискаридзе, который не так давно был назначен исполняющим обязанности ректора Академии русского балета им. Вагановой. С артистом балета побеседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич.

- Насколько я знаю, вы уже работаете. Именно это назначение породило очередной виток балетных страстей. Из прессы мы знаем, что пишутся письма, под ними подписываются работники академии. Как вам там работается?

Н.Цискаридзе: В академии — безумно комфортно, тихо, спокойно. Все дети учатся, никаких волнений нет. Не было ни одной минуты сорванных уроков или слез у кого-нибудь. Только когда говорили, что бывший ректор покидает свой пост, несколько взрослых детей позволили себе проронить слезу.
[Нажмите, чтобы прочитать] Недавно бывший пресс-атташе академии Юлия Телепина засвидетельствовала в «РИА Новостях», что она не подписывала никакое письмо, что ее и многих обманывали — давали пустые листы подписывать, а потом подложили другое. Многие педагоги, чьи подписи там оказались, тоже говорили, что они не подписывали письмо, которое, якобы, направлено президенту. Ситуация очень странная. Место ректора такого великого учебного заведения — это очень почетно. Я целыми днями нахожусь на работе, и это не очень легко и просто: хозяйство огромное, дел очень много, учащихся очень много.

- Насчет хозяйства и учащихся. Была целая серия писем, приводились разные аргументы. Ваша предшественница Вера Дорофеева — не балетная, выпускница пединститута, по образованию логопед, она была чистым администратором. С 2004 года — 9 лет — академию возглавлял чистый администратор, судя по всему ее уважали. Теперь приводят примеры царских времен — князь Юсупов, Милорадович, Сумароков, в общем, далекие от балета люди, а непосредственно балетом в училище занимался художественный руководитель.

Н.Цискаридзе: Никогда такого не было. Была дирекция императорских театров, в чье ведомство входило 4 основных театра: Большой, Мариинский, Александринский, Малый. Еще был летний театр — в Павловске и два театральных училища в Москве и Петербурге. Один человек руководил всем этим, позиция называлась — директор императорских театров. Затем — в советские годы — это было училище при Мариинском театре, где были директор и художественный руководитель. На этой позиции всегда стоял очень известный балетный танцовщик. А когда уже это стало академией, позиция ректора стала чем-то иным, нежели директор или худрук. Мы на кабинете можем написать худрук, царь-батюшка, но юридически это не имеет никакой силы. Есть ректор, есть его первый проректор. Хотите называть первого проректора худруком, можете называть его так.

- Критикуя вас, говорят, что вы никогда ничем не руководили, а ректор — это не только худрук, не только артист.

Н.Цискаридзе: Каждый человек, который занимает позицию, никогда ничем до этого не руководил, но почему-то именно на моей фамилии начинаются претензии. Дайте время что-то сделать, потом будете критиковать. На сегодня я имею здание, которое уже три года после реставрации и реконструкции не принято и в нем учатся дети. Это как считать?

- Мы Вас знаем как человека балета, а не того, кто занимался реставрацией.

Н.Цискаридзе: Я не про себя говорю сейчас. Я не даю никакую оценку. Я принял дела, мне надо заниматься тем, что утверждать, получать бумаги на то, что все легально, все помещения документально зафиксированы. Самая большая опасность — там учатся не просто взрослые люди, там учатся дети от 10 и старше. Когда вы говорите, что у меня нет опыта, я спрашиваю, а тот человек, у которого есть опыт, как он мог за столько лет не сделать бумаги? У нас есть один очень большой репетиционный зал, он размером со сцену Мариинского театра, в котором каждый день идут уроки и репетиции, а по документам это стройка.

- Это назначение — ваш выбор? Вы действительно хотите это делать?

Н.Цискаридзе: Раз я пошел, значит, хочу. Я взял на себя такую обязанность, значит, я буду делать все, что в моих силах, чтобы принести пользу.

- Из чего складывается ваш день: больше из паркета, стройки?

Н.Цискаридзе: Всего понемножку. Очень много документов. Я хожу по классам, на репетиции, стараюсь параллельно знакомиться со всеми учащимися, с преподавателями.

- А многих вы знали до того, как пришли?

Н.Цискаридзе: Знал немногих. Все те, кто преподавал в академии, когда я был юным и танцевал в Мариинском театре, так или иначе из академии ушли. Кто-то в мир иной, кто-то хлопнув дверью, кто-то был выжит. Из тех, кого я знал, несколько человек осталось.

- А Кто?

Н.Цискаридзе: Людмила Ковалева — одна из старейших педагогов, известных не только в нашей стране, но и в мире. Трофимова, Кокорина. Но они, к сожалению, сейчас больше не ведут классы, а работают как методисты. Больше не могу назвать. Есть несколько коллег, которых я знаю еще по театру, — это Константин Заклинский, который ведет дуэтный танец, Ирина Ситникова, я с ней много лет знаком, — артистка Мариинского театра.

- Когда вас назначили, еще одно острое событие было связано с позицией худрука академии. Было объявлено, что будет новый худрук Ульяна Лопаткина. Однако затем, как только вы начали работать, вы оставили худрукам — Алтынай Асынмуратову. Ситуация осталась не вполне понятной. Что произошло с Ульяной?

Н.Цискаридзе: Педсостав сразу, как было объявлено мое имя, ко мне обратился с просьбой, чтобы Алтынай осталась на этой позиции. Я им сказал, что я это услышал. Это все-таки середина года, идет учебный процесс, нецелесообразно сейчас менять первого проректора.

- Ключевое слово — нецелесообразно?

Н.Цискаридзе: Все вместе. Я услышал волю людей, я сделал, как они хотели. Потом я потихоньку понял, почему они все так просят. Это уже внутренние наши проблемы. Я поговорил и с Алтынай, и с Ульяной.

- Российскую академию балета им. Вагановой, все-таки всегда называли Вагановским училищем. Может быть, так и стоит называть, так проще, понятнее, традиционнее?

Н.Цискаридзе: Не важно, как называют, главное, чтобы суть не менялась. Как написал Шекспир в «Ромео и Джульетте»: «Роза будет пахнуть розой, хоть розой назови ее, хоть нет».

- Один из ваших критиков проректор Фомкин выступает на разных трибунах в Петербурге. Он пишет письма, под которыми многие подписываются...

Н.Цискаридзе: Потом многие забирают эти подписи...

- Может быть, так и есть. Он утверждает, что нельзя смешивать московскую и петербургскую, ленинградскую школы, что только петербуржец, выпускник Вагановки, может быть ректором Вагановки, иначе это несовместимые два подхода.

Н.Цискаридзе: Во-первых, в Уставе академии написано, что никакой дискриминации не может быть ни по цвету кожи, ни по месту рождения, ни по месту учебы и так далее. Там есть единственное, что художественным руководителем должен быть именно выпускник Вагановской академии. Дальше самое смешное, что может быть, это то, что проректор Алтынай Асылмуратова, очень известная балерина, она выпускалась в академии Вагановой, но у очень знаменитой, наикрасивейшей, выдающейся балерины Инны Зубковской, она была выпускницей Московской академии хореографии. Так сложилась ее жизнь, что она вышла за ленинградца, уехала туда, стала там прима-балериной, потом стала преподавать, выпустила очень много выпусков, в том числе и Алтынай Асылмуратову. Так что если копаться в таких деталях, Алтынай училась у московского педагога.
Мою фамилию очень часто используют, чтобы немножко прославиться, чтобы обратили внимание. Я к этому привык, к сожалению, потому что я очень давно понял, что Николай Цискаридзе уже мало ко мне имеет отношения, это имя живет своей жизнью, потому что люди используют его, как хотят, очень часто меня не зная, со мной не общаясь, но все время, имея обо мне мнение.
А на заявления про разницу школ прекрасно ответила великая ленинградская балерина Ирина Колпакова. Она прямо так и написала: «Не надо только строить «железный занавес» между Ленинградом и Москвой». Потому что это своеобразная несуразица.

- Ирина Колпакова — выпускница Агриппины Вагановой.

Н.Цискаридзе: Это последний выпуск Агриппины Яковлевны. Она очень правильно сказала насчет этого, потому что не может быть разницы никакой. Если уже копаться, я могу назвать много имен педагогов, которые на сегодня работают в Академии, которые выпускают классы, которые никогда не учились в Вагановской академии. Кто-то учился в Саратове, кто-то в Перми, кто-то еще где-то, но к ним вопросов нет. Вопрос только в Николае Цискаридзе, только потому, что это безумно желаемая должность.

- А почему она вдруг стала настолько желаемой? Я не припоминаю в последние 20 лет таких схваток над позицией ректора.

Н.Цискаридзе: Потому что 20 лет никто не менялся.

- Предыдущий ректор работал с 2004 года.

Н.Цискаридзе: Там была схватка, просто о ней никто не писал.

- Потому что не было фамилии Цискаридзе, которая привлекает внимание.

Н.Цискаридзе: Которая привлекает медийное внимание безумно сильно. Там была очень сложная схватка, тот человек, который не стал ректором, его «ушли» очень некрасиво из Академии.

- Я процитирую еще раз Ирину Колпакову, она как раз говорила о Фомкине, и, по всей видимости, с определенной антипатией: «Он на посту проректора пишет книгу «Православие и балет». И это ей тоже не нравится, поэтому она свой голос вам отдает.

Н.Цискаридзе: Ирина Александровна не отдавала голос, она просто сказала о том, что есть вещи, несопоставимые. У меня есть тот опыт сценический, которого нет ни у одного того человека, который пытается сейчас хоть как-то дать оценку моей деятельности. Есть вещи несопоставимые, она об этом говорила.

- Задают и такие вопросы: например, в последние годы, на ваш взгляд, кто работал лучше — московская Академия под руководством Леоновой или Вагановская академия в Питере под руководством Дорофеевой? Почему надо было поменять руководство и так далее?

Н.Цискаридзе: Во-первых, такие вещи никогда нельзя сравнивать, потому что на вкус и цвет товарищей нет.

- Есть же какое-то количество выпускников, которые стали премьерами.

Н.Цискаридзе: Так нельзя судить, это искусство, это не спорт, у нас нет планки, которую ты перепрыгнул, и ты — олимпийский чемпион. Всегда найдется поклонник Рубенса и поклонник Малевича, они никогда не договорятся, так нельзя говорить. Другое дело, есть законодательство, в котором очень четко прописано, что человек, достигший 65-летнего возраста, должен оставить позицию ректора.
Я вам напомню знаменитую ситуацию, когда МГЮА возглавлял великий правовед Кутафин, это был величайший человек, который много сделал в юриспруденции в нашей стране, он достиг этого возраста, и он вынужден был покинуть свой пост и отдать другому пост ректора, потому что это Юридическая академия, здесь все было по-честному. Вера Алексеевна давно говорила, что она хочет уйти, и она должна уйти по законодательству, все время это как-то муссировалось в кулуарах, обсуждалось в Министерстве культуры. Я же не был приглашен в одну секунду. Первый раз со мной об этом заговорил замминистра культуры, который отвечает за образование, в сентябре 2012 года. Я сразу отказался, предвидя этот весь ажиотаж. Это все очень долго обсуждалось, я не могу сказать, что меня уговаривали или не уговаривали, просто я высказывал какую-то свою четкую позицию. И уже когда начался скандал с якобы объединением Мариинского театра и Академии, и когда я понял, что я опять невольно в это буду вовлечен, и опять моя громкая фамилия, которая опять будет склоняться на всех углах, я понял, что никогда не допущу этого. Что я не подпишу этой бумаги.

- В качестве предыстории нынешнего конфликта вокруг Вагановского училища лежало, в том числе письмо, которое, как теперь все видели, было подписано Валерием Гергиевым. Он предлагал, обращаясь к президенту, создать национальный центр, который фактически означал бы присоединение Вагановской академии к Мариинскому театру. Коллектив Вагановской академии против этого.

Н.Цискаридзе: Здесь все равно будет решать не коллектив, а будет решать только руководство страны. Но момент для меня этический — в данной ситуации я пришел в чужой монастырь, и уже миллиард раз в меня бросили камень за это. Я, предвидя это все, сказал, что я не допущу на своем веку такого, и я, собрав педагогов, им пообещал и сказал: «Если, не дай Бог, возникнет такая угроза, поверьте мне, все равно акт передачи, так или иначе, должен будет подписывать ректор. Если мне так не повезет, что на этот момент буду я, я вам обещаю, что я на ваших глазах напишу заявление об уходе и уйду, но этот акт я не подпишу, потому что этой славы мне не надо».

- Заканчивая эту тему, Валерий Гергиев, кстати, потом отрекся от этого письма. У вас какие-то разговоры на этот счет были? Как отношения с Мариинским театром выстраиваются?

Н.Цискаридзе: У нас был разговор с Валерием Абисаловичем, и он проходил в одном русле. У него были очень большие трения с предыдущим руководством Академии. Я не знаю, на чем они были основаны, но, к сожалению, у бывшего руководства Академии было много трений с разными соседями. Даже, допустим, с директором Театральной библиотеки Анастасией Гай у бывшего ректора тоже были чудовищные взаимоотношения. Из-за этого у нас не сделан пожарный выход и так далее. Были чудовищные отношения с руководителем «Александринки» — с Фокиным, там тоже очень натянутые отношения. Со всеми мне пришлось так или иначе встречаться, потому что это мои ближние соседи, я должен со всеми буду общаться еще и по работе.

- Я замечу между строк, что как раз в атаке на вас лично эти лица сейчас не участвовали.

Н.Цискаридзе: Да, потому что они наоборот очень приветствовали смену руководства.

- Удивительно, что они сохраняют полный нейтралитет, между тем.

Н.Цискаридзе: Их никто не спрашивал. Вы можете позвонить и задать им вопросы.

- Не так-то просто позвонить Валерию Абисаловичу.

Н.Цискаридзе: Валерий Абисалович высказался и очень доброжелательно. Мы пришли к тому, что все, что нужно Мариинскому театру, мы если грубо говорить, купцы, а он, как покупатель. Мы в нем безумно заинтересованы. Я много раз уже приводил пример, что любовь — это не когда смотрят друг на друга, а когда смотрят в одну сторону. Это японская мудрость. В данной ситуации Академия обязана смотреть с Мариинским театром, с одним из главных театров мира, в одну сторону. Я не вижу вообще каких-либо моментов, которые бы мы не обязаны были выполнить, если это нужно будущему работодателю всех тех студентов, которые у нас учатся.

- Когда будут выборы ректора, как вы лично будете к ним готовиться?

Н.Цискаридзе: Я не могу вам пока сказать. Во-первых, дату выборов должен выбрать ученый совет, потом эту дату должны зафиксировать в Министерстве культуры. На сегодня у нас ученого совета нет.

- А Дорофееву выбирали?

Н.Цискаридзе: Да, ее выбирали. Там были непростые выборы. Это была выборная процедура, но была очень сложная ситуация, и человек, который претендовал, был вторым, он покинул учебное заведение не просто так. И там было все не очень просто и красиво, просто об этом никто ничего не написал пока. Но, что касается выборов, то, я думаю, что будет очень много кандидатов. Они все должны будут быть приняты сначала ученым советом, затем они должны будут приехать в Москву и держать экзамен на ректорском совете здесь, в Москве. И только тогда, когда все кандидаты пройдут этот ректорский совет, Министерством культуры будут допущены к выборам те кандидаты, которых посчитает своеобразным именно этот ректорский совет.

- Они в любом случае будут альтернативными?

Н.Цискаридзе: А как они могут быть не альтернативными?

- Вам не кажется, что вас ставят в сложное положение: с одной стороны, вы уже должны руководить, с другой стороны, вы должны быть популистом, завоевать поддержку.

Н.Цискаридзе: Вы знаете, я всю жизнь нахожусь в ситуации, когда мне надо доказать, как ребенку, который в 10 лет попал в центр зала и 29 лет стоял только там. Доказать свое право на место именно здесь. Это очень сложно — 29 лет не сдвигать свою позицию, чтобы все вокруг тебя двигались, а ты оставался на этом месте. Я сказал педагогическому составу, когда с ними общался, именно с профессионалами, кто преподает балетные дисциплины: не важно, выберут, не выберут, дело не в этом. Пожалуйста, дайте работать, давайте вы мне не будете хотя бы мешать. Если у вас есть какие-то вопросы, предложения, пожалуйста, моя дверь всегда открыта, вы можете всегда обратиться.

- Не так много времени осталось до Нового года. И я думаю, что многие захотят увидеть вас 31 декабря в «Щелкунчике» на сцене Большого театра...

Н.Цискаридзе: Ой, все, господа, слава Богу, у меня первый день рождения будет счастливый, когда я не буду волноваться и думать о выступлении. Нет, не хочу больше. Слава Богу, все. Я уже в прошлом году не хотел выступать, но так были поставлены интриги в родном Большом театре, что я не мог отказаться, иначе они бы окончательно испортили жизнь и моей ученице и блистательной молодой балерине Анжелине Воронцовой. Я ради Лины согласился еще раз выйти 31 декабря, но это было для нее.

- Вы уже не хотите выходить на сцену?

Н.Цискаридзе: Не хочу.

- И я, и многие другие знают вашу историю взлета невиданного. Вас реально считали в начале 2000-х, может быть, лучшим в мире, потом была эта страшная травма.

Н.Цискаридзе: А потом после этого не возвращается никто. Я вернулся туда же, где и был.

- Сейчас для вас уже сцена это что?

Н.Цискаридзе: Для меня сцена — это прекрасное воспоминание не потому, что я чего-то хочу или не хочу. Я с детства обожаю сказку Горького «Старуха Изергиль», что лучше один раз напиться крови, чем всю жизнь питаться падалью. Я этой крови напился, у меня ее в жизни было очень много в плане успеха.
И никакого прощания уже с Большим театром не будет?

- Н.Цискаридзе: Мне не дали это сделать. Я очень давно просил, уговаривал, но мне не дали это сделать. Я просил еще бывшее руководство.

- То есть прощание должно было раньше состояться, да?

Н.Цискаридзе: Конечно.

- Сейчас вы не на сцене уже давно, и «Щелкунчик» 31 декабря — это тоже уже не тот Цискаридзе?

Н.Цискаридзе: Нет, этого не будет. «Щелкунчика» просто не будет, потому что я больше не хочу. Все, кто хотел, меня видел много раз. 18 лет подряд я выходил именно в этот день и зажигал главную елку страны.

- Еще раз о Большом театре. Многое изменилось за этот год в Большом театре. Уже другой директор Большого театра, вас там уже нет.

Н.Цискаридзе: Я очень рад, что эти перемены в Большом театре произошли. Насколько я вижу со стороны, это пошло на пользу очень сильно и имиджу.

- Но это уже происходит без вас, хотя перемены пошли на пользу.

Н.Цискаридзе: Бывшими бывают только генеральные директора. Артисты бывшими не бывают. Нельзя сказать ни про Плисецкую, ни про Васильева, простите, пожалуйста, ни про меня, что мы — бывшие артисты. Мы навсегда останемся артистами Большого театра. Нравится это кому-то или нет. А вот директора, администрация бывает бывшей. Артисты, как поется в одной песне, на сцене живут души ушедших актеров.

- Уже прошло время, и если посмотреть на ситуацию со стороны, понятно, что у вас была своя позиция по поводу очень многих тем, связанных с Большим театром. Наверно, у директора своя, что вполне естественно. И то, что конфликты за кулисами зачастую по уровню накала превышают то, что на сцене происходит, это известная история. Не кажется ли вам, что сейчас эта история вам мешает жить, порождая какую-то ответную волну?

Н.Цискаридзе: Мне вообще ничего не мешает. Я приведу пример. Есть два директора. Один — директор «Метрополитан-опера», другой — директор «Ла Скала», которые выгнали Марию Каллас. Она умерла в 70-е годы, большую оперу она не поет с 1965 года, по сей день это самая знаменитая певица. И фамилии этих директоров вспоминают только по одной причине, потому, что они посмели выгнать из этих театров Марию Каллас. Пострадал только зритель. О зрителе в этой ситуации почему-то не думает никто. Вся эта камарилья, которая творилась со всеми великими артистами в Большом театре, она все время отражалась только на зрителе. Ведь дело в том, что те директора, которые боролись с Плисецкой, Васильевым, до этого с Шаляпиным (почитайте мемуары Шаляпина, как он уходил из Большого театра, как его выгоняли), эти имена никто никогда не вспоминает. Того администратора, который вел со мной дела, правда, никогда никто не вспомнит, а если вспомнит, только из-за конфликта, который он вынес на публику. Его не было. У меня не было ни одной претензии к руководству. Я, как первое лицо на тот момент в Большом театре, имел право сказать свое мнение, я его говорил.

- Имеет ли право все-таки первое лицо, премьер, публично критиковать, корпоративная этика должна быть, каковы границы?

Н.Цискаридзе: Тогда давайте заклеймим Шаляпина, Плисецкую, Васильева, ну, и Цискаридзе.

- Сейчас вы уже руководитель, если у вас возникнет подобная ситуация с уважаемым вами педагогом?

Н.Цискаридзе: Она уже возникла. Я разве что-нибудь сказал? Нет. И никогда не скажу. Корпоративная этика, когда мы с вами начинаем оскорблять, когда человек не оскорбляет, а говорит о своей позиции, о том, что что-то происходит не так, мы не имеем права никому запрещать это. И господин администратор, который со мной вел бой, все никак не мог это понять, потому что я был не первый человек, кому он заткнул рот, но мне он не мог это сделать.
Извините, вот эта страшная ситуация с балериной Светланой Лунькиной, которая оказалась за границей и не может въехать в родную страну, не может выступать, опять-таки зритель страдает, одна из величайших балерин мира, только потому, что в свое время она посмела сказать свое мнение. Господин администратор не протянул ей руку помощи в сложной ситуации.

- По сути, тоже фактом истории стало ваше возвращение на сцену после этой тяжелейшей травмы в 2004 году. Ситуация та и ситуация, в которой оказались вы сейчас — в эпицентре конфликта. Что для вас сложнее?

Н.Цискаридзе: Конечно, то, что сейчас. Я много раз говорил, что любая физическая боль, любые физические преодоления честные, потому что они конкретные. Вы не то, что сражаетесь, вы сталкиваетесь с очень четкими сложностями, какими-то осознанными. А все, что происходило в последний год и происходит сейчас, это какая-то такая политика, как сказал один умный человек, битва троянских коней, потому что присутствует постоянная ложь, передергивание фактов, подмена подписей, писем и так далее.
К сожалению, здесь нет правды, очень мало тех, кто ее когда-либо узнает, кто будет серьезно этим интересоваться, это ужасно. Особенно с появлением Интернета, где один и тот же человек под 20 никами разными может писать разные посты в принципе с одним и тем же содержанием, и мы много знаем таких примеров. Но что сделать? Это не то, что больнее, это не больно. Если это не читать, я, например, ничего не читаю, я ничего не знаю, мне все равно. Но это мешает жить.

- Вы готовы победить?

Н.Цискаридзе: Я человек, который умеет держать удар, но я принимаю всегда любое положение. Когда мне принесли бумажку о том, что якобы со мной не продлевается контракт, я мог пойти в суд. Поверьте, я бы его выиграл, потому что законодательство трудовое на моей стороне. Но мало того, тогда администрации нужен был скандал, потому что это был день премьеры «Князя Игоря», им нужно было отвлечь от не очень удачного спектакля внимание, чтобы критики и пресса занимались не художественной составляющей спектакля, а каким-то артистом и скандалом.
Я не сказал ни прессе ничего, я дома никому ничего не сказал, я сидел тихо. Пресс-секретарь вынуждена была, чтобы разжечь скандал, сама объявить об этом. Мало того, я не ответил ни разу. Я дожил до окончания контракта, тихо собрал вещи и тихо вышел, ни с кем ничего не обсудив. Я очень земной человек, прекрасно понимаю, если я что-то хочу сделать, я это делаю, потому я в этой ситуации вам сразу сказал — я не собираю никому ничего отвечать, ни с кем бороться, я просто буду делать то, что я могу, то, что я умею, а дальше люди пусть судят уже о делах.

- Пишут,что задействованы разные связи, контакты, что это такая битва закулисных титанов.

Н.Цискаридзе: Вы знаете, это то же самое, как с выходом на сцену. Я когда пришел в московское хореографическое училище, поступил туда, это очень смешной факт, моя фамилия Цискаридзе, а министром иностранных дел на тот момент был Шеварднадзе. Разница между Цискаридзе и Шеварднадзе гигантская, но кто-то пустил слух, что это мой дядя. Когда через много-много лет Эдуард Амвросиевич, будучи президентом Грузии, мне вручал орден чести за вклад в мировое искусство, я ему это рассказал. Я сказал: «Представляете, сколько лет меня травили тем, что я ваш племянник, а мы только с вами встретились. Это было спустя 20 с лишним лет. Я всю жизнь с этим сталкиваюсь, но на сцену выходил я, и я доказывал, что я имею право быть на этом месте. И доказывал это право 29 лет.


http://www.bfm.ru/news/236810?doctype=article

"Известия", 22 октября 2013 г.
грузинский алфавит
n_ts
«Большой балет не натанцевал на сумму, указанную в билете»

Николай Цискаридзе рассказал, почему он не ходит на балетные спектакли ГАБТа и не хочет давать на его сцене прощальные бенефисы

Народный артист России, экс-премьер балетной труппы Большого театра Николай Цискаридзе встретился со студентами МГЮА имени Кутафина, где он учится на юриста.


Фото: ИЗВЕСТИЯ/Павел Баранов

Встреча прошла в формате «вопрос-ответ». Артист сразу же предложил студентам говорить, что бы им хотелось услышать и какой фрагмент балета с его участием посмотреть. Впрочем, присутствующих интересовали в основном вопросы общего характера: почему Николай решил пойти учиться на юриста, какие педагоги повлияли на его становление, как вообще он попал в балет.

— У каждого родителя есть план на ребенка, — объяснил Цискаридзе. — На меня был такой план у мамы, потому что все мужчины были юристами. И я должен был закончить с золотой медалью школу и поступить в МГУ. Но мама мне позволила, если я не захочу быть юристом, то могу, как она, пойти на физмат. Мне не интересно было ни то, ни другое. Но уже потом, в связи с ситуацией с Большим театром, я попал на консультацию к Кантемиру Николаевичу Гусову (академик РАСН, завкафедрой трудового права и права социального обеспечения МГЮА. — «Известия»), ныне покойному. И он стал меня агитировать поступать.

Читать дальше...Свернуть )
Метки:

Интервью Николая Цискаридзе в Донецке. Газета Донбасс. 15.10.13.
mars
elenaviz
Газета "Донбасс".
Николай Цискаридзе признался, в чём нуждается его "костлявый зад" (ФОТО)
15.10.2013 16:39



Постоянный гость международного фестиваля "Звёзды мирового балеты", выдающийся танцовщик и просто хороший человек снова приехал в шахтёрскую столицу с шикарным в плане высокого искусства подарком. Николай организовал для дончан путешествие во времени и пространстве, позволив ощутить себя на знаменитых показах Русских балетов Дягилева в Париже сто лет назад. А вернувшись, ответил на вопросы журналистов.

[Нажмите, чтобы прочитать] Связь с Донецком укрепили… осетины!



- Знаете, я в последнее время не люблю давать интервью… Говорите, мы каждый год общаемся? Ну ладно, пойдёмте, - вначале покапризничал народный артист России за кулисами "Донбасс опера". И повёл за собой в гримёрку, игриво помахивая хвостиком - всего пять минут назад в образе шаловливого фавна он соблазнял свою давнюю коллегу и подругу, которая прибыла с ним из Москвы - главную нимфу, непревзойдённую Илзе Лиепа.

В сценическом костюме - обтягивающем тело трико - Николай и давал интервью. Так что у меня была возможность хорошенько изучить его фигуру и убедиться, что танцовщик, которому в декабре исполнится сорок лет, по-прежнему в отличной форме! Ничуть не хуже, чем три года назад. Или пять, когда во время беседы на нём были только брюки. Одним словом, молодец, красавец-мужчина!

- Николай, приятно, что вам ещё не надоело каждый год приезжать в Донецк…

- Да я всё так же тепло отношусь к вашему городу! Более того, этим летом моя связь с ним укрепилась. Вот сейчас мы находимся в гримёрке одной из величайших певиц мира - Людмилы Шемчук. А 30 июня мы вместе с ней получили звания народных артистов Северной Осетии-Алании.

- Вы сегодня удивили даже самых искушённых зрителей!

- Это не только моя заслуга, но и Вадима Писарева. Он хорошо понимает вкус публики и вместе с этим хочет привнести что-то новое. Думаю, что отрывок из балета "Послеполуденный отдых фавна" Вацлава Нижинского впервые был показан не только в Донецке, но и на территории Украины в целом. Спустя 101 год после скандальной премьеры в Париже. Возможно, сегодня кто-то удивился не меньше, чем тогда скандальные критики, которые ждали от Нижинского прыжков, но не получили их. Просто это балет не про то. На самом деле, без прыжков совсем не легче: порой гораздо проще попрыгать, чем заполнить энергией, настроением достаточно большую музыкальную фразу.



- Вам это удаётся просто потрясающе! Почему же у вас возникли проблемы с Большим театром? Вам предлагают три прощальных бенефиса и всё…

- Это неправда! (бурно возмутился Николай). Когда я прилетел в Донецк, у меня было свободное время: зашёл в Интернет и прочитал там очередное якобы моё интервью. Хотя я не общался с прессой с июня! Потому что мне так надоели те журналисты, которые придумывают за меня тексты! Очень неприятно регулярно узнавать о себе какие-то жуткие вещи. Я - честно вам скажу - порой радуюсь, что моих родителей нет в живых, и им не приходится читать обо мне всякую ересь, а потом умирать от инфарктов.

- Ну а что касается БТ - где же правда?

- Вот когда будет что сказать на эту тему - я сразу сообщу! А так… Вы же видите - мне хорошо! Я доволен и счастлив! (смеётся).

В это же время министр культуры РФ Владимир Мединский заявил, что декабрьские выступления танцовщика в Большом театре станут его прощанием с главной сценой страны: "Мы вместе генеральным директором Владимиром Уриным договорились, что Цискаридзе проведет несколько бенефисов в конце этого года, в том числе 31 декабря". Согласно официальной версии, контракт с Цискаридзе закончился ещё летом и до сих пор не продлён. Артист попал в опалу два года назад, когда жёстко раскритиковал реконструкцию театра, заявив, что дорогие старинные детали интерьера заменили пластмассовыми.



Как изменился мир!

- Николай, как вас занесло в магистратуру юридического вуза?

- Провидение! Моя мама больше всего на свете мечтала, чтобы я закончил школу с "золотой медалью" и поступил в МГУ на юридический. По стопам всех мужчин нашей семьи. В крайнем случае, мог пойти на физмат, как мама. Но я, видите, всех обманул. Пошёл в балет. Но вот когда сейчас поступил, вспомнил: надо же, я всё-таки исполнил мамину мечту! Это сучилось спонтанно. Просто не раз сталкивался с несправедливостью, алчностью людей, и порой читал законы, чтобы разобраться. Так возникло желание получить это образование. И я пришёл, сел за парту, сдал два вступительных экзамена и набрал то количество баллов, которое мне позволило учиться на бесплатном. Мне даже повышенная стипендия положена, так как я всё сдаю на "отлично"! Это очень интересно, но очень сложно. Я двадцать с лишним лет ничего не писал - только автографы, не сидел на уроках. В один прекрасный момент мои ученики подарили мне подушечку, потому что я пожаловался - не могу по шесть часов сидеть на своём костлявом заду. Не могу за партой сосредоточиться, потому что мне больно! И теперь хожу на лекции с подушечкой. Вообще, мне нравится быть студентом: я почувствовал себя гораздо моложе, когда стал общаться с молодыми одногруппниками. Хотя у нас есть и мои ровесники, и старше меня. А ещё я заметил, как сильно изменился мир! Когда мы приходим на экзамены, многие приносят всякие приборы с наушниками. А я этого не умею. Я и шпаргалки-то никогда не писал, потому что учился в школе на "отлично". И так сложно бывает - хочется подсмотреть, а негде и не умею.

- Как преподаватели на вас реагируют?

- Все понимают, что я человек известный. Но поблажек не делают. Экзамены сдаю при всех.



- Экзамен для вас - это праздник?

- Нет! Для меня каждый выход на сцену - экзамен. Я уже ненавижу эти испытания! Вот сегодня объявили "Николай Цискаридзе" - и в зале сразу аплодисменты. Понимаете, в чём состоит весь ужас? Я должен оправдать это доверие! Когда все знают, что ты отличник, и снова должен сдать на пять - это ужасно! Когда ты делаешь это на протяжении 28 лет… ужасно…

- Практиковать как юрист собираетесь?

- Нет, я делаю это исключительно для себя. Думаю, всё равно моя жизнь будет протекать в искусстве. Но и в моей профессии такие знания полезны. Я всю жизнь подписывал контракты, в том числе международные, но никогда их не читал. Мне хотелось танцевать, всё остальное было второстепенным. А теперь понимаю, что часто подписывал бумажки с кабальными условиями! Марис Лиепа однажды очень смешно сказал: "Когда приходит опыт, уходит прыжок..."

- А коллег консультируете?

- Когда слышу, как они обсуждают тот или иной вопрос и понимаю, что люди допускают чудовищные ошибки, объясняю, что и как. И называю статьи, которые надо посмотреть. Потому что я уже точно знаю, что написано в трудовом кодексе, и что может быть, а чего не может. К сожалению, они редко прислушиваются: помнят КЗоТ, который давно отменили. И полагаются на него.

С метро и женщинами всё по-прежнему

- Вы как-то рассказывали "Донбассу", что любите прокатиться в метро…

- В дни государственных праздников - всегда! Ну не работает у нас центр Москвы! Я живу в таком месте, где всё время перекрывают дороги. То велосипедисты, то бегуны, то огонь несут, то ещё какую-то байду устраивают. И чтобы попасть куда-то, мне надо спуститься в метро. Потому что машина не может не подъехать, ни уехать. Иногда и в обычные дни езжу. Когда гуляю по городу. В моём районе много парков и очень красиво: мне нравится бродить одному или гулять с крёстными детьми. Хотя благодаря прессе это почти невозможно! Сейчас даже в туалет просто так не сходишь: надо открывать кабинку и проверять. Потому что люди настолько сходят с ума, что, когда ты идёшь в туалет, тебя начинают снимать. Я вообще не завидую голливудским звёздам - несчастные люди!

- Из-за чрезмерной узнаваемости вы стали чаще отказываться от ТВ-шоу?

- Я стараюсь появляться там, где есть связь либо с моей профессией, либо с моими друзьями. Другое дело "Танцы со звёздами": я там работаю уже восемь лет. И мне это очень нравится. Я всегда шучу, что самые старые на проекте - продюсер, стол, за которым сидят судьи, и я. Всё остальное сменяемо. (Смеётся). А так… что такое ток-шоу? Иногда это что-то интересное, но ведь часто бывает желтуха. А мне это не надо. Все эти сплетни… Особенно в последний год. Я когда читаю, думаю: встретил бы автора - набил бы ему морду.

- В ещё одном нашем с вами интервью - я всегда пишу всё буква в букву, можете проверить! - вы говорили о себе "Я холостой, потому что ленивый"… Ничего в этом плане не изменилось?

- Ой, я всегда ленивый и холостой… (Смеётся).

- А с Илзе Лиепа по-прежнему дружны?

- Да мы на донецкой сцене даже любовь разыграли! (Смеётся). И с дочкой её дружу: она приводит Надю на репетиции, на спектакли. Но Москва настолько большой город, что там постоянно надо куда-то бежать. Я иногда думаю: Господи, куда я бегу? Я вижу всех минут по 10-20 - и снова в путь. Так что крепко дружить в таком ритме жизни сложно.



- Что же вы так бегаете… Такой знаменитый человек: неужели не можете себе позволить снизить темп?

- В наши дни на своё имя нужно работать постоянно, всю жизнь. По-другому не получится. Потому что Интернет, ТВ постоянно даёт новых героев. Я обращал внимание на людей, которые ещё вчера были звёздами и не сходили с телеэкранов, но что-то происходило в их жизни, они исчезали буквально на полгода, и о них забывали. К сожалению, у каждого времени свои законы. Хотя для меня быть популярным не так уж важно. Я ещё в десять лет почувствовал себя особенным: у меня были способности, которые выделили меня среди остальных. И потом я много лет только и делал, что отстаивал своё право на звание лучшего. Но я не увлечён популярностью. Мама с детства готовила меня к тому, что любая уборщица в театре важнее, чем я. Потому что моя работа заменяема, а хорошую уборщицу можно и не найти. Она не уберёт - и всё, будет коллапс.

Ирина Панская. Фото Ольги Кононенко.



http://donbass.ua/news/region/2013/10/15/ciskaridze-oproverg-svojo-proschanie-s-bolshim-teatrom-i-priznalsja-v-chjom-nuzhdaetsja-ego-kostljavyi-zad.html

Николай Цискаридзе: Не могу смотреть, как талантливых людей уничтожают. "Вечерняя москва"
mars
elenaviz
Николай Цискаридзе: Не могу смотреть, как талантливых людей уничтожают

08:02 4 июля 2013
Николай Цискаридзе встретился с поклонниками.

Ирина Долгополова

Третьего июля в семь вечера во дворе государственного театрального музея имени А.А. Бахрушина состоялась встреча с Николаем Цискаридзе, народным артистом РФ, экс-премьером Большого театра.

В рассылке «Эха Москвы» было указано – в музейном дворе пройдет пресс-конференция. Тема заявлена не была. Зайдя на сайт музея, я нашла новый повод – Николай Максимович решил придти на встречу со зрителями. Мероприятие так и называлось «У нас в гостях Николай Цискаридзе». Цена билета – 350 рублей. Их продажа была начата с 12 часов 25 июня. Предполагалось, что народу будет человек двести. На этот «объем» устроители вечера аккуратно расставили садовые скамейки. Но через четверть часа выяснилось – их количества категорически не хватает. Спешно принесли все стулья из музея. Журналисты разместились вольно – фотографы на траве. Остальные довольствовались свободным пространством, которое было невелико. К семи вечера зеленый двор переполняла публика - собралось тысячи полторы человек.
Цискаридзе появился минута в минуту – высокий, красивый. Одежда – строгая классика: белые джинсы, рубашка поло, мокасины.
Начальник отдела по связям с общественностью Бахрушинского музея Борис Тарасов сказал, что танцовщик согласился поговорить с поклонниками о творчестве и искусстве, если не будет подниматься тема Большого театра.

[Нажмите, чтобы прочитать]И два часа Николай Цискаридзе разговаривал. Нет, это был не монолог – диалог со своими зрителями, журналистами. Включаю диктофон.

- Никаких сенсаций, заявлений, разоблачений. Меня попросили встретиться с людьми, которые любят Николая Цискаридзе – я согласился. Господа журналисты, будьте корректны. Я не собираюсь никого разоблачать. Да и обижаться мне не на кого.

На днях вы получили награду, став народным артистом Северной Осетии.

- Действительно, за большой вклад в искусство. Я не ожидал такого ажиотажа к своей персоне. Ведь Северная Осетия не моя Родина. Грузия – через горы Кавказа.

Как вам удалось стать умным человеком?

Чтобы хорошо танцевать - надо уделять много времени занятиям. На чтение тоже нужно время. И тут все начинается с дома. У меня были хорошие родители. Когда я был совсем маленьким – они читали мне умные книжки. Потом мама стала заставлять читать меня самостоятельно. Но я читать не любил. Предпочитал слушать пластинки и слушать, как читает няня. Но с мамой было спорить сложно. Легче – прочесть книгу, чем препираться. А когда я попал в тбилисское хореографическое училище – там обнаружил потрясающую фамильную библиотеку, видимо, кого-то из раскулаченных. Были даже антикварные книги, связанные с балетом. Потом подобные книги я стал потихоньку покупать, как только появились деньги. Худякова, Плещеева я начинал читать тогда же. А когда попал в Московское хореографическое училище – читал на переменах, во время обеда. Сейчас таких ребят дразнят «ботанами». А тогда – «фанатами». Меня все дразнили, а мне было наплевать.
Когда стал работать в Большом театре, то много читал в метро. Теперь читаю меньше: потому что в метро не езжу.

Как сочетать работу с чтением? Это очень просто: если хотите - прочтете.

Вы говорили, что Большой театр построен на месте чумного кладбища.

Правда. Как показывают последние события, место там очень чумное. И, как всем известно, на подобных местах есть призраки. И мы с вами даже знаем их фамилии.

Знаете ли вы какие-то легенды, связанные с Большим театром? Испытывали ли вы мистическое влияние во время работы?

Действительно, когда в девяностых годах стали строить маленькое здание (чуть левее Большого театра) раскрыли всю площадь и нашли чумные захоронения. А рядом стоял храм.

Я с духами не встречался. Однако многие из нас читали мемуары и знают, что все не так просто в этом заведении. В общем, как и положено каждому культурному учреждению, там сосредоточено много талантов и большое количество нечисти. Но сейчас в новом здании Большого театра этого нет, а вот в старом - чувствовалось. Знаете, где круг зрительного зала соединяется со сценой – вот там было очень хорошо. И каждый раз, когда у меня было достаточно грустное настроение – я приходил в пустой зрительный зал, и мне становилось лучше. Теперь в Большом театре все другое. Включая ауру.

Ваше мнение о современных балетных школах.

Система балетного образования сильно изменилась за последние 20 лет. Перестали преподавать фортепиано, что сильно ударило по музыкальной образованности артистов. Сократили время обучения: нас учили 8 лет, теперь - 3 года. Ко мне на класс ходила артистка, работавшая в Большом театре. Она танцует только характерные роли. И ей мой классический урок не очень и нужен. Потому что основы балетного танца поставлены безупречно педагогами, учившимися в советское время. А сегодня это отсутствует. Вы сами это могли видеть на конкурсах балета. Современные балетные артисты танцуют «мимо музыки». Для меня это неприемлемо. Раньше за многие погрешности, могли снять сразу с первого тура, теперь таких танцоров даже награждают. Для меня это очень странно. Но во многом в этом виноват тот, кто руководит. Теперь не важно: каковы твои успехи. Если ты закончил хореографическое училище – пристроишься в какую- нибудь труппу.
И еще – у нас сейчас модно о физических недостатках говорить, что это – гламурно, звездно. Раньше это запрещалось.

Что будет с вашей ученицей Анжелиной Воронцовой?

Она получила приглашение от Михайловского театра. А вообще она девушка взрослая – 21 год. Если б жила в США – могла б употреблять спиртное.

Как вы себя чувствуете после увольнения из Большого театра?

Ощущения шикарные. Я был абсолютно к этому готов, я знал, что так будет. Но я не знал, что из этого сделают такой вселенский скандал. Мало того, когда я получил уведомление, я никому об этом не сказал. Я не знаю, зачем был нужен скандал Большому театру. Понятно, что им хотелось отвлечь внимание от «Князя Игоря», премьера которого была в тот вечер. Но я тут ни при чем.

Какие ваши дальнейшие действия?

Я целых два дня в отпуске. Не считайте меня жертвой. Или пострадавшим. Я прекрасно знал, на что я иду. С кем имею дело. Смотреть на все это безобразие мне не хочется. И участвовать в этом не хочется.

Есть ли люди, которым вы с удовольствием пожали бы руку?

Я уверен, что это будет не Михаил Швыдкой. А вообще ситуация достаточно сложная. Есть категория людей, которые мне говорят «Сам дурак». Я на это улыбаюсь. И вспоминаю Фаину Раневскую. Она сказала: «плыть брасом в унитазе больше не могу». Не могу смотреть, как талантливых людей уничтожают. А на сцену выходят люди с веслами. Пусть теперь сами. Без меня.

Чем займетесь, когда отдохнете?

Никаких планов у меня нет. Я ни к кому не обращался. И всех прошу за меня не хлопотать. Я умею разговаривать. Вы в этом убедились.

Подробнее: http://vmdaily.ru/news/2013/07/04/na-muzejnih-gryadkah-s-nikolaem-tsiskaridze-203518.html

Встреча в Бахрушинском музее с Николаем Цискаридзе.03 07 13.
mars
elenaviz
"Комсомольская правда".
Николай Цискаридзе: «Не ожидал, что из моего увольнения сделают вселенский скандал»
Известный танцовщик встретился с поклонниками, чтобы рассказать о том, чем занят сегодня и что изменилось в его жизни после ухода из Большого театра [видео]


http://www.kp.ru/daily/26102/2999167/?cp=0#comment


РИА Новости.
Я никакая не жертва – Цискаридзе на встрече с поклонниками об уходе из ГАБТ

РИА Новости http://ria.ru/tv_culture/20130704/947464821.html#ixzz2Y3JI04XA